Вступительная речь патриарха Варфоломея на открытии Всеправославного Собора

Источник https://www.holycouncil.org/-/opening-ecumenical-patriarch

20 июня 2016 года

“Языцы иногда размесишася, дерзости ради столпотворения, языцы же ныне умудришася, славы ради боговедения. Тамо осуди нечестивыя погрешением, зде просветил есть Христос рыбари Духом Тогда упразднися безгласие к мучению, ныне обновляется согласие ко спасению душ наших» (Стихира на «Славу» вечерни Пятидесятницы).

Блаженнейшие, Преосвященнейшие и Боговозлюбленнейшие святые братья, составляющие этот Святой и Великий Собор нашей Святейшей Православной Церкви, Ваше Превосходительство г.н. министр, уважаемые наблюдатели, братья во Христе и все присутствующие здесь на открытии заседания!

Хвалу и славословие воссылаем мы в Троице Трисвятому Богу нашему, сподобившему нас собраться здесь на Собор в дни Пятидесятницы, для свершения дела великого и священного, касающегося самой природы Церкви Христовой, самой ее сути, ведь, по словам Иоанна Златоуста, «Церковью называется же соединение, собрание» («Толкование на псалом 149-й», I).

Действительно, братья, соборный институт которому сегодня мы призваны служить в его высшей форме, коренится в глубинах тайны Церкви. Речь идет не только о каноническом Предании, которое мы восприняли и храним, но об основополагающей богословской и догматической истине, без которой невозможно спасение. Исповедуя веру нашу в Символе веры «во Единую Святую Соборную и Апостольскую Церковь», мы провозглашаем ее соборность, воплощающую все таковые свойства тайны Церкви, то есть единство, святость, соборность и апостольность ее. Без соборности единство Церкви рушится, святость членов ее сводится к простой индивидуалистической морали и к добродетели лишь на словах, соборность приносится в жертву частным, коллективным, национальным и прочим мирским интересам и стремлениям, а апостольская проповедь становится жертвой различных ересей и заблуждений человеческого интеллекта.

И совершенно не случайно с самого начала соборность пронизывает собою все фундаментальные аспекты жизни Церкви, от местного до вселенского ее проявления. Уже апостол Павел в Первом послании к Коринфянам отождествляет Церковь с «собранием ради того», чтобы совершать Божественную Евхаристию. Церковь как Тело Христово является одновременно и «общением Святого Духа (Жор. 13:13), «полнотой Наполняющего все во всем» (Еф. 1:23). Никто не спасается сам по себе, но только как член Тела Церкви, в органичной связи и общении с другими. На этой основе построена соборность Церкви. Церковь по самой своей природе соборна, поскольку является «Телом Христовым» и «общением Духа Святого», Который «весь собирает собор церковный», как поется в великий праздник Пятидесятницы.

Обладая глубоким сознанием сей богословской истины, Церковь изначально применяла соборное установление как средство поиска и формулирования истины в назревших спорах и сомнениях, уряжающих единству. Еще во времена апостолов серьезно угрожавший единству Церкви конфликт относительно того, как принимать христиан из язычников в Тело Церкви, был преодолен благодаря созыву Апостольского Собора, о котором повествует евангелист Лука в «Деяниях Святых Апостолов». Примечательно, что решения этого Собора рассматривались изначально как богодухновенные, носящие печать Духа Святого: «изволися Духу Святому и нам» (Деян. 15:28). Потому решения эти являлись обязательными для членов Церкви, а те, кто отказался их принять, например, иудействующие, остались вне Церкви и в конечном счете исчезли, превратившись в разные еретические секты.

Следуя прообразу Апостольского Собора и вдохновленная сознанием, что она есть Тело Христово и общение Святого Духа, древняя Церковь учредила институт соборности в качестве верховного и последнего судьи своей жизни, не только в чрезвычайных обстоятельствах споров и конфликтов, но и тогда, когда речь идет о способе управления ею на постоянной основе. Таким образом, Первый Вселенский Собор учредил дважды в год (Правило 5) с целью урегулирования споров между членами Церкви, епископами и другими священнослужителями, и через ряд последующих поместных синодов определил способ управления Церковью, установив священные правила, которые с того времени являются законом Церкви. С тех пор только соборные решения имеют юридическую силу и авторитет для членов Церкви - как по административным вопросам, так и по вопросам веры, только соборные решения, а не позиции и мнения отдельных лиц или групп.

Соборное устроение представляет собой не только верховную инстанцию для жизни и веры членов Церкви, но и является очевидным связующим звеном в общении Поместных Церквей как на местном, так и на всемирном уровне. Развившаяся в древней Церкви система митрополий и патриархий основывалась на соборности, как постановляет 34-е Апостольское Правило, согласно которому в каждой епархии или в более обширной географической области все епископы должны были решать вопросы всегда в присутствии «первого» из них, «главы» их, который должен был действовать в согласии с ними. Это золотое правило соборности с тех пор определяет и понимание первенства в нашей Православной Церкви, которое является образцом для всех христианских церквей.

Однако единство Церкви не заканчивается на местном или региональном уровнях. Церковь единое тело во всем мире, объединенное в одной вере, в одной Божественной Евхаристии и таинственной жизни, и потому Церковь нуждается в соборности и на вселенском уровне. Эту необходимость выражают и удовлетворяют Вселенские Соборы, которые созывались, когда возникала необходимость в обеспечении единства всех Поместных Церквей и на вселенском уровне, как по вопросам веры, так и по вопросам управления и пастырской заботы. Эти Соборы, представляя все Поместные Церкви по всей вселенной и будучи признаваемыми ими, являлись и являются верховным авторитетом в Церкви, обеспечивая тем самым ее единство.

На вселенском уровне это единство Церкви было поколебимо, когда Римская XI веке прервала евхаристическое общение сначала с Константинопольской Церковью, а затем со всеми прочими патриархатами Востока. Этот разрыв, помимо других серьезных ран, нанесенных телу Церкви, привел к одностороннему и независимому пониманию и применению соборности на Западе и на Востоке. Наша Святейшая Православная Церковь, несмотря на тяжелейшие исторические условия, в которых она жила все второе тысячелетие по Рождеству Христову, осталась верной практике соборности как на поместном и региональном уровне, так и в более широком масштабе, когда возникала такая необходимость. Соборы по вопросу исихазма и в поддержку теологии святого Григория Паламы, проведенные в Константинополе в XIV веке; Соборы 1638, 1672, 1691, 1727, 1838, 1871, 1895 годов, проведенные там же; Яссьский Собор 1642 года; энциклики православных патриархов Востока 1716-1725 и 1848 годов: все это свидетельствует о том, что, несмотря на внешние трудности, Православная Церковь никогда не прекращала свою соборную деятельность даже на всеправославном уровне.

Вселенская Патриархия, которой по канонической ответственности принадлежит роль гаранта единства Православной Церкви, первенствовала и председательствовала на всех вышеупомянутых Соборах, уже в начале XX века предпринимала попытки созвать Всеправославный Собор, в результате чего на Святой Горе в 1930 году состоялось первое предсоборное совещание. Однако известные исторические обстоятельства помешали этому. Эти усилия возобновил приснопамятный предшественник наш Вселенский Патриарх Афинагор по окончании Второй Мировой войны, когда на Всеправославных Совещаниях на Родосе в 1961,1963 и 1964 годах было решено созвать настоящий Святой и Великий Собор, который, благодатью Божией, мы открываем сегодня. Проведение этого Собора так долго откладывалось в связи с возникшими за эти годы историческими обстоятельствами, что сделало еще более необходимым и неотложным его проведение.

Есть и те, кто задается вопросом: зачем нужен этот Собор, какие цели он преследует? Всем таковым отвечаем в любви:

1) Как мы говорили выше, соборность есть проявление и выражение самого таинства Церкви. «Собрание ради сего» является характерной чертой природы Церкви. Только непреодолимые исторические обстоятельства могут служить оправданием бездействию соборного института на каком бы то ни было уровне, включая и вселенский. Православная Церковь, которая неоднократно оказывалась пред лицом таких обстоятельств в последние годы откладывала тогда на отдаленное будущее созыв Всеправославного Собора, однако никакое внешнее историческое событие не может сегодня стать оправданием дня такой отсрочки. Потому мы несем ответственность пред Богом и историей, если отложим и далее созыв этого Великого Собора.

2) Созыв настоящего Собора диктуется необходимостью урегулирования в том числе и внутренних вопросов Православной Церкви. Они возникали главным образом из-за системы канонического устроения нашей Церкви, состоящей из Автокефальных Церквей, каждая из которых считает себя в своих пределах вправе регулировать внутренние вопросы, принимать собственные решения, что иногда усложняет свидетельство Церкви в современном мире «едиными усты и единым сердцем» и порождает недоразумения, омрачающие образ этого единства. Система автокефалии берет начало в древней Церкви, сформированной из пяти древних Престолов. Ими были Рим, Константинополь, Александрия, Антиохия и Иерусалим, называемых Пятиначалием, согласие которых было par excellence доказательством единства Церкви, выражавшегося через Соборы. После разрыва общения между Престолом Древнего Рима и Престолами Востока, в Православной Церкви возникли и другие патриархии и Автокефальные Церкви, признание установления которых было вынесено на грядущий Вселенский Собор, дабы окончательно утвердилось настоящее каноническое устройство Святейшей нашей Церкви.

Однако, хотя и таковое устроение является каноничным и экклезиологически правильным, опасность превращения ее в некую форму «федерации Церквей», каждая из которых продвигает свои интересы и стремления, не всегда только лишь церковные по своей сути, диктует необходимость применения соборности. Атрофия соборного института на всеправославном уровне приводит к культивированию чувства самодостаточности в отдельных Церквах, приводящего их к замкнутости на себе, к эгоцентризму, когда возникает ощущение «нужды в тебе не имею», что осуждает апостол Павел (1Кор. 12:21). Если институт соборности в целом является необходимым для жизни Церкви, то система автокефалии делает его необходимым для обеспечения и выражения этого единства.

3) Необходимость созыва настоящего Собора продиктована также тем, что за последние годы возникли новые проблемы, требующие выработки некоего общего курса и позиции поместных Православных Церквей. Православная диаспора сегодня имеет небывалые масштабы, каких не было в прошлом, вследствие резкого увеличения числа эмигрантов из православных земель в западные страны, нуждающихся в пастырском окормлении. Это привело к известному всем, не совсем каноническому, положению, когда в одном и том же городе и области есть более одного епископа, что вызывает у многих смущение, как внутри, так и вне Православной Церкви. Проблема эта может быть решена не иначе, как только через всеправославное соборное постановление.

4) Другой вопрос, который назрел в прошлом веке и продолжает существовать, связан с ростом усилий по восстановлению единства христиан посредством так называемого экуменического движения. Участие православных в этих усилиях имело место на основании решений, которые были приняты или каждой Автокефальной Церковью, или на межправославных совещаниях. В силу своей значимости эта тема также должна быть всецело рассмотрена на Святом и Великом Соборе для формулирования единой позиции по этому положению Православной Церкви.

Однако и другие вопросы, возникшие главным образом в последние годы и нуждающиеся в соборном решении, сделали необходимым созыв этого Собора. Они касаются внутренней жизни и организации нашей Церкви, по которым существуют споры и разногласия между отдельными Церквями, порой угрожая миру между ними, как, например, способ провозглашения автокефалии и автономии какой-либо Церкви. Эти вопросы, также как и другие вопросы пастырского характера, рассмотрение которых в свете вызовов современного мира представляется настоятельно необходимым, привели принимавших решение о созыве Святого и Великого Собора к разработке соответствующей тематики, которая была подготовлена и передана нам уполномоченными Комиссиями и Предсоборными совещаниями.

Безусловно, нам известно, что современного человека занимают иные проблемы, касающиеся его повседневной жизни. Это и отношения с ближним, и отношение к окружающей среде, и отношение к самому Богу и Церкви. Стремительный прогресс науки и технологии и вызванные им биоэтические и духовные вопросы, вызов секуляризации и разрушение традиционных социальных ценностей, конфликты и войны, приносящие людям бедствия, экзистенциальные проблемы современного человека - все эти вопросы не могут оставить Православную Церковь безучастной. Церковь призвана возвещать евангельское слово, чтобы решать такие вопросы. Настоящий Святой и Великий Собор коснется этих проблем в своем «Послании миру». Однако главное дело его ограничено ранее рассмотренной тематикой, затрагивающей внутренние церковные вопросы. И потому, прежде чем адресовать свое слово миру и приступить к занимающим его проблемам, Церковь должна навести порядок в своих внутренних делах, чтобы слово ее было достоверным и проистекало из одной и во всех единой Церкви. Не стоит забывать и о том, что наше намерение таково, чтобы за этим Собором, с Божией помощью, последовали и другие такие же Соборы, задающиеся целью вникнуть в вышеизложенные и другие актуальные проблемы.

Смысл и значение этого Собора заключается прежде всего в самом факте, благодатью Божией, проведения его по прошествии стольких веков, когда это было невозможным. Даже одного этого было бы достаточно, чтобы он был причислен к величайшим событиям в истории Церкви.

Имея это в виду, настоящий Святой и Великий Собор нашей Святейшей Православной Церкви призван сегодня приступить к работе. Дело это не только крайне важное, но и чрезвычайно тяжелое, проведение Собора тщательно готовилось в многих десятилетий с величайшим вниманием и многим трудом. Поэтому мы считаем своим долгом выразить признательность, удовлетворенность и одобрение Церкви всем трудившимся и доведшим до конца эту работу, как уже ушедшим ко Господу, об упокоении которых мы молились в прошлую Родительскую субботу за Божественной литургией, так и живущим, большинство из которых находятся сегодня в этот час среди нас и каждого из которых мы лично лобызаем по-братски со многою любовию.

Плодом этого долгого и трудного процесса подготовки являются документы, сформулированные, одобренные и подписанные после долгих дискуссий и представленные сему священному собранию для окончательного утверждения, дабы они явились решениями Святого и Великого собора. Напомним и подчеркнем, что эти документы были уже единогласно приняты большинством уполномоченных представителей всех Православных Церквей, чтобы избежать расхождений и напряженности на заседаниях Собора и способствовать завершению его работы в установленные сроки.

Безусловно, мы знаем, что эти документы не содержат, как того хотелось бы, всех позиций, всех мнений каждого из вас. И поэтому они не могут удовлетворить всех вполне, но давайте не будем забывать, что эти документы были составлены представителями всех четырнадцати Церквей, каждая из которых согласилась с их содержанием. Потому мы призваны к тому, чтобы каждый из нас проявил понимание и уважение к любой возникающей невозможности со стороны других членов Собора одобрить внесенные поправки, не настаивая на всеобщем их принятии, чтобы не создавать угрозы единству Церкви.

Приступим же к нашей работе на основании единогласно утвержденных всеми Церквами Документов, которые уже приняты каждой из них. Это, безусловно, никоим образом не налагает ограничений на настоящий Собор, который вправе внести поправки в документы, руководствуясь обоснованными предложениями любого из членов Собора лично. Однако мы особо подчеркиваем: никакая поправка в тексты уже единогласно утвержденных Документов не будет иметь силы, если она не будет принята всеми участвующими Святейшими Православными Церквами. Это диктуется принципом консенсуса, принятом всеми нами. Если поправка, предлагаемая одним или несколькими членами священного сего собрания, вызовет неодобрение одной или более Церквей, она будет отклонена, и Документ останется в изначально утвержденной форме, одобренный и подписанный всеми членами собрания. Одобрив принцип консенсуса при принятии решений Собора, мы тем самым признаем его и при утверждении тех или иных предложенных нами поправок, то есть только при согласии с ними всех Сестер-Церквей.

Несмотря на то, что все это, мы уверены, всем вам известно, мы считаем своим долгом напомнить об этом, чтобы избежать каких бы то ни было недоразумений на протяжении работы Собора. Весь процесс работы священного собрания происходит согласно одобренному нашими Церквами регламенту, который мы просим тщательно изучить и в точности выполнять во время нашей работы. Председатель, отвечая за соблюдение регламента во всех его деталях, будет заботиться о том, чтобы он неукоснительно соблюдался всеми членами священного собрания.

И теперь, возлюбленные во Христе братия, обратим слух наш к Утешителю, внемля тому, «что говорит Дух Церквам» (Откр. 2:7), ибо для этого мы и собрались. Святейшая Церковь, членами которой, благодатью Божией, мы являемся, есть Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь которую мы исповедуем в Символе веры как единственный ковчег спасения. Эта Церковь есть Тело Христово, проявляющееся исключительно «в преломлении хлеба» (см. Деян. 2:42), иными словами, в таинстве Божественной Евхаристии, как утверждает святой Николай Кавасила, писавший: «Если кто сможет увидеть Христову Церковь, то узрит не что иное как только Тело Господне». Потому он считает, что «знамение Церкви - в таинствах: в Евхаристии: «и Тело же и Кровь Христа суть таинства» («Изъяснение на Божественную Литургию», 38. PG. 150, 452D). Потому Утешитель призывает нас прежде всего хранить наше единство в общении таинств как зеницу ока, избегая всего, что может вызвать раскол в Церкви.

Поскольку, как говорит святой Отец, «ничто так не печалит Бога, как разделение церкви... даже мученическая кровь не может изгладить этот грех» (Иоанн Златоуст, «Толкование на послание к Ефесинам», глава 11. PG 62, 85). Настоящий Собор, начиная и завершая свою работу совершением великого таинства Евхаристии, тем самым провозглашает, что верховная цель его - это подтверждение единства нашего «в таинствах» и удержание и сохранение его всеми возможными силами.

Однако единство нашей Церкви заключается и в нашей общей вере, «однажды преданную святым» (Иуд. 1:3). Эту веру мы исповедуем в Символе веры как во время крещения, так и во время Божественной Евхаристии и епископской хиротонии, поскольку мы, епископы, являемся хранителями ее. Для Православной нашей Церкви эта вера основывается на Святом Писании, как его понимали, толковали и формулировали богоносные Отцы Церкви, когда сходились на Вселенские соборы, сделав его нерушимым принципом единства в Таинствах.

Выраженная и сформулированная таким образом вера наша непогрешимо толкуется и выражается только соборно Церковью. К сожалению, в наши дни возникло явление, когда некоторые группы или отдельные лица претендуют на непогрешимость в толковании Отцов и православной веры, провозглашая «еретиками» всех тех, кто с ними не согласен возмущая верующих, обращая иногда и против своих пастырей. В такой атмосфере, которая может быть крайне опасной для единства Церкви, как правило, забывают, что грань между ересью и православием определяется только соборно - как в отношении старых, так и новых учений. Только и исключительно священные Соборы могут провозглашать мнения или положения еретическими.

Единство Церкви в Божественной Евхаристии и в православной вере, которое настоящий Собор намерен утвердить и подчеркнуть, неразрывно связано и с другим аспектом: каноническим. Ни одна Божественная Евхаристия не является действительной и не несет Божественной Благодати и спасения, если она не совершается от имени канонического епископа и канонически рукоположенным духовенством. И никакое исповедание веры, каким бы православным оно ни было, не принимается Богом и не обладает какой-либо ценностью, если она «раскалывает» Церковь: «Разделять Церковь впавшим в ересь - не малое есть зло», согласно Златоусту («Толкование на послание к Ефесянам»,12, PG. 62,87). Потому и Второй Вселенский Собор относит к той же самой категории, что и еретиков, и «тех, которые хотя притворяются, будто веру нашу исповедуют здраво, но которые отделились, и собирают собрания против наших правильно поставленных епископов». (Правило 6).

Таким образом, единство, которого требует от нас через этот Собор Утешитель, является трисоставным: единство в таинствах, в вере и в каноническом устроении Церкви. Три этих аспекта взаимодополняют друг друга и ни один из них не может существовать без других. Все сие пронизывает и соединяет любовь, «которая есть союз совершенства», и мир, к которому мы призваны «в единое тело» (Кол. 3:15), снисходя друг ко другу любовью (Еф. 4:2) «стараясь сохранять единство духа в союзе мира» (Еф. 4:3). И через настоящий Собор мы пристаем хранить, домоустроять и провозглашать единство во Христе, дарованное нам Утешителем во славу Бога Отца.

Однако, заботясь должным образом о единстве нашей Церкви, мы не должны забывать, что в святой и великий день Пятидесятницы Христос «егда же огненные языки раздаяше в соединение вся призва» (кондак Пятидесятницы). Было бы большой ошибкой, если в своем попечении о внутреннем нашем единстве в Православной Церкви мы проявили бы безразличие к тому, что многие исповедующие веру во Христа не находятся в полноте общения с нами - исповедующие пусть и не правильно и не здраво, но, тем не менее, ищущие истину и единство с нами, готовые к диалогу с нами со всей искренностью и любовью в разделяющих нас вопросах. Православная Церковь всегда была и остается готовой ко всякому усилию к достижению единства верующих во Христа, никоим образом не отступая от веры, переданной нам Отцами. Потому настоящий Святой и Великий Собор включил в повестку дня и отношения с теми христианами, которые находятся вне Православной Церкви, приветствуя с любовью их присутствие среди нас как наблюдателей, приглашенных на официальное открытие работы Собора.

Голос Господа Утешителя, призывая всех к единству, призывает нас распахнуть сердца наши всем людям, вникнуть с любовью в занимающие их жизненные проблемы, благовествуя мир и любовь ближним и дальним. Церковь существует не для себя, но для всего мира и его спасения, имея главою Своею «рожденного прежде всякой твари» Христа, в котором и посредством Которого Бог соблаговолил «примирить с Собою все, умиротворив через кровь Креста его, и земное и небесное» (Кол. 1:16-20). Также и Собор собирается не для себя, но для всего народа Божия, для всего мира.

Таким образом, сошедшаяся на Собор Церковь является, в более широком смысле, и миссионерской, то есть «ориентированной на внешний мир», «идущей во все народы» (Мф. 28:19) ради того, чтобы принести любовь Христову каждому человеку, участвуя в исторических переменах как «знамение язычникам» (Ис. 11:12) грядущего Царства Божия, «не сообразуясь с веком сим» (Рим. 12:2), но и не отказываясь взять на плечи свои разнообразные кресты всех людей, проповедуя Воскресение. Работая на Соборе «дверям затворенным» (Ин. 20:19) и ожидая, что приидет Иисус посреди нас, принеся нам мир Его и Дух Святой, будем всегда помнить, что окружающие сей зал стены прозрачны, и мир тоже ожидает услышать из уст наших, «что Дух глаголет , Церквам» (Огкр. 2:7). Наши решения должны донести до всех громкое послание, что Церковь наша, несмотря на то, что она разбросана по всему миру, пребывает нерушимо единой, призывая через Утешителя всех к единству.

Досточтимые и возлюбленные в Господе братья «мы празднуем Пятидесятницу, пришествие Духа, окончательное совершение обетования, исполнение надежды, таинство, и причем столь великое и досточтимое» (Григорий Богослов, Слово 41, На Пятидесятницу, 5, PG. 36,436В).

Велико и досточтимо таинство Пятидесятницы по многим причинам, но особенно по следующей, как ее представляет Иоанн Златоуст: «Так как они (ученики) слышали повеление Господа: итак идите, научите все народы (Мф. 28:19), но еще недоумевали и не знали, куда каждому из них должно направиться и в какой стране вселенной нужно проповедовать учение, - то приходит Дух Святой в виде языков, отделяя каждому из них страны учительства во вселенной, и данным языком как бы на некоторой скрижали обозначая каждому предел вверенного ему начальства и учительства... И совершилось дело новое и дивное: как тогда в древности языки разделили вселенную, ныне языки соединили вселенную и бывшее разделенным привели в единомыслие» («На Пятидесятницу», Слово 2, PG. 50,467).

Велико таинство Пятидесятницы, но велика и тайна Церкви Христовой! Единство ее не подавляет разнообразие и самобытность культур: каждый слышит слово Божие «на своем наречии» (Деян. 2:7). Потому Церковь, хотя и едина по всей вселенной, состоит при этом из многих Церквей, почитая языковые и другие особенности местных народов, в многих случаях способствуя их развитию и становлению».

Благодаря разнообразию языков и поместных культур, Церковь во вселенной «разделяется» на области-юрисдикции, «ветви», как пишет святой Отец, с точностью описывая каноническое домоустройство Церкви. Это определение - «ветви» - восприняла и использует наша Церковь в своей канонической терминологии, придерживаясь принципа точно установленных границ каждой из ветвей-юрисдикций.

Однако хотя юрисдикций много, вселенная одна. Разнообразие языков и культур принесло, как некогда в прошлом, разделение людей и продолжает угрожать их единомыслию. Церковь, как прообраз единства, обязана всегда заботиться о том, чтобы «различие» не приводило бы к «разделению», - потому, согласно преподобному Максиму Исповеднику, мы и «устанавливаем пределы» (Письмо 12, PG. 91,469), - но так, чтобы единство не стерло различий.

В этом как раз и состоит смысл и значение института, которому мы сегодня призваны служить, сойдясь на этот Собор. Каждая Церковь и каждый из нас призваны внести свой вклад, выразив свою позицию, но не навязывая ее. Мы призваны не только говорить, но и слушать. Мы призваны к созиданию единства Церкви Христовой.

Принимаясь за дело со страхом Божиим и верою и любовью, с осознанием предлежащей нам ответственности и нашей человеческой немощи, мы обращаемся вместе с Песнопевцем, ко Господу и Богу нашему, умоляя Его: «Приближися нам, приближися везде Сый, якоже со апостолы Твоими всегда еси, сице и Тебе делающим соедини Себе Щедре: да совокугшени Тебе поем, и славословим Всесвятаго Духа Твоего». Аминь! (кондак утрени Недели Пятидесятницы).

Мы выражаем нашу печаль, которую, мы уверены, разделяет вся Святая Церковь, в связи с отсутствием среди нас братских Болгарской, Русской, Антиохийской и Грузинской Церквей, известивших нас об этом в последний момент, хотя ранее они известили нас о своем участии и более того - предоставили список имен сопровождающих их Блаженнейших Предстоятелей. Потому мы были неприятно удивлены принятым этими Церквами в последнюю минуту решением о неучастии, при том, что эти Сестры-Церкви принимали участие во всех этапах подготовки Святого и Великого Собора нашего, вплоть до Священного Собрания Предстоятелей в январе этого года, и потому имели все возможности поставить те вопросы, на которые они ныне ссылаются в оправдание своего неучастия и потребовать их решения или вынести их на соборное рассмотрение. Понять это беспрецедентное поведение мы затрудняемся, и мы оставляем случившееся на суд прочих Сестер-Церквей и истории.

К сожалению, возлюбленные братья, мы не всегда учитываем последствия наших решений и действий для единства Церкви, не учитываем того, что раня наше единство, мы раним самих себя. Никто из нас и ни одна из наших Церквей не могут существовать в изоляции от других Сестер-Церквей. Мы, православные христиане, не должны вести себя как конфедерация церквей. Мы единая Церковь, единое Тело, и мы должны разрешать любые разногласия между нами только соборно. Это принцип освящен Преданием наших Отцов, и мы обязаны его сохранить. Любой удар, нанесенный Собору, поражает саму ипостась нашей  Церкви и поражает самих поражающих. "Трудно идти против рожна» (Деян. 26:14). Как это часто случалось на протяжении многовековой истории Церкви, вольное или невольное отсутствие на Соборах некоторых Церквей никоим образом не препятствовало их проведению, и. следовательно, нынешний Собор, созванный нами с согласия всех Святых Православных Церквей, должен, несмотря на отсутствие некоторых Церквей, продолжать свою работу. И да будет Дух Святой руководителем и помощником нашим!


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic